А-П

 Мелихов И.Н. 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Парецки Сара

Ви.Ай. Варшавски - 02. Тупик


 

Здесь выложена электронная книга Ви.Ай. Варшавски - 02. Тупик автора, которого зовут Парецки Сара. В библиотеке ulib.info вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Парецки Сара - Ви.Ай. Варшавски - 02. Тупик (причем без регистрации и без СМС)

Размер файла: 213.74 KB

Парецки Сара - Ви.Ай. Варшавски - 02. Тупик - бесплатно скачать книгу






Сара Парецки: «Тупик»

Сара Парецки
Тупик


Ви.Ай. Варшавски – 02


OCR Денис
«Сара Парецки. Заказное убийство»: Центролиграф; Москва; 1995

ISBN 5-7001-0237-4Оригинал: Sara Paretsky,
“Deadlock”

Перевод: Э. Воронова
Аннотация Живая легенда хоккейной команды «Черные ястребы» Бум-Бум, кузен Ви. Аи. Варшавски, падает с причала в воду и тонет в озере Мичиган. Его двоюродная сестра задается вопросом: было ли это несчастным случаем и насколько справедливы слухи о его самоубийстве. Вооружившись бутылкой виски «Джонни Уокер» и револьвером «смит-и-вессон», с присущим ей мужеством избегая тщательно спланированных покушений на ее жизнь, уникальная женщина-детектив в романе «Тупик» идет по следу жестокости и коррупции, чтобы найти убийц Бум-Бума прежде, чем они сами уберут ее с поля действия. Сара ПарецкиТупик Посвящается «Люселле Визер» — даме, которая с большой смелостью и мастерством ходила под парусами более ста шести лет. Глава 1Смерть героя На похороны Бум-Бума пришло больше тысячи человек. Было много детей, поклонников из пригородов и с Золотого Берега. Кое-кто явился даже с южной окраины Чикаго, где Бум-Бум когда-то учился драться и кататься на коньках. Он был правым крайним в команде «Черные ястребы» до тех пор, пока, три года назад, не размозжил себе левую лодыжку. Бум-Бум Варшавски считался главной хоккейной звездой в период между Бобби Халлом и Уэйном Грецки.Лодыжку ему оперировали трижды — Бум-Бум никак не хотел смириться с мыслью, что спорт для него кончился. В третий раз оперировать его долго отказывались, но Бум-Бум упорствовал и отступился, лишь когда вообще не нашел ни одного хирурга, согласного на четвертую операцию. Уйдя из хоккея, он попробовал себя на нескольких работах. Многие с удовольствием взяли бы к себе экс-звезду, что наверняка привлекло бы потенциальных клиентов, но Бум-Бум не привык работать вполсилы — он был из тех, кто всецело отдается делу, которым занят.В конце концов он бросил якорь в зерноторговой компании «Юдора Грэйн», где его отец работал стивидором Стивидор — ответственный за погрузку и разгрузку судов.

в тридцатые и сороковые годы. А в прошлый четверг региональный вице-президент компании, некий Клейтон Филлипс, обнаружил тело Бум-Бума в воде возле грузового причала. Поскольку в анкете Бум-Бума я значилась в качестве ближайшей родственницы, Филлипс первым делом попытался связаться со мной. Но я расследовала одно дельце, в связи с которым мне пришлось на три недели уехать в Пеорию. К тому времени, когда я вернулась в Чикаго, полиция уже вышла на одну из многочисленных тетушек Бум-Бума — та опознала тело и затеяла грандиозные польские похороны.Мой отец и отец Бум-Бума были братьями, мы выросли вместе на южной окраине Чикаго. Мы с Бум-Бумом были у них единственными детьми и дружили крепче, чем во многих семьях дружат родные братья и сестры. Моя тетя Мэри, настоящая полька и католичка, производя на свет бессчетное количество младенцев, на двенадцатой попытке умерла в родовых схватках. Бум-Бум был четвертым из ее отпрысков и единственным, кто прожил на свете больше трех дней.С раннего детства мальчик не интересовался ничем, кроме хоккея. Я не знаю, где он заразился этой страстью и когда именно проснулся его талант, но все детство, невзирая на кудахтанье тети Мэри, Бум-Бум провел с клюшкой — часто мать об этом и не подозревала. Моя семья жила неподалеку, всего в шести кварталах, и Бум-Бум часто говорил родителям, что отправляется к кузине Вик, а сам мчался на каток. В те годы главным кумиром детворы был хоккеист Бум-Бум Джефрион. Мой двоюродный брат подражал ему изо всех сил, и тогда другие мальчишки, желая сделать товарищу приятное, прозвали его Бум-Бумом. Так с тех пор это прозвище к нему и прилипло. Когда чикагская полиция в конце концов дозвонилась до моего отеля в Пеории и спросила, действительно ли я являюсь двоюродной сестрой Бернарда Варшавски, я не сразу сообразила, что Бернард — это и есть Бум-Бум.И вот я сижу на передней скамье церкви Святого Венцлава, затерявшись среди многочисленных тетушек и кузин Бум-Бума, похожих друг на друга как две капли воды. Все они были в черном и на мой синий шерстяной костюм смотрели крайне неодобрительно. Перед началом службы кто-то сердитым шепотом даже отчитал меня за неподобающий вид.Я разглядывала окна с яркими цветными витражами — подражание окнам Тиффани, где были изображены ключевые моменты жизни Святого Венцлава, а также сцена распятия и бракосочетания в Кане. Художник, изготовлявший витражи, почему-то счел возможным соединить псевдокубизм с какой-то странной китайской перспективой. В результате у людей вместо голов красовалось что-то похожее на кувшины, а с креста во все стороны угрожающе тянулись длинные руки. Все время, пока продолжалась служба, я пыталась разобраться, что, собственно, происходит на витражах и кому из святых принадлежит какая конечность. Надеюсь, что при этом вид у меня был весьма благочестивый.Мои родители не были религиозными людьми. Мать у меня итальянка, причем наполовину еврейка, отец — поляк, но наследственный скептик. Они решили не давать мне религиозного воспитания, хотя на еврейскую Пасху мама всегда пекла булочки с орехами. Помню, что девочкой я со страхом разглядывала дешевые пластмассовые образки в доме Бум-Бума — его мать отличалась фанатичной религиозностью.Сказать по правде, мне куда больше понравилась бы тихая поминальная служба в каком-нибудь экуменическом Экуменизм — движение за объединение всех христианских церквей, возникшее в начале XX века.

храме, где товарищи Бум-Бума по команде могли бы сказать пару слов о покойном. Они предложили это семье, но многочисленные тетушки с негодованием отказались. И уж во всяком случае, я ни за что не стала бы устраивать церемонию в такой вульгарной церкви, где священник, в глаза не видавший моего двоюродного брата, говорил многословные и лицемерно многозначительные речи.Но я не вмешивалась в траурный обряд, уступив инициативу тетушкам. Бум-Бум назначил меня своим душеприказчиком, и эта обязанность отнимала у меня достаточно много энергии. Я знала, что Бум-Буму наплевать, как именно его похоронят, а тетушки только и жили тем, что устраивали свадьбы и похороны родственникам. По их сценарию мне пришлось несколько часов просидеть на поминальной мессе, а затем участвовать в бесконечном шествии к кладбищу Святого Сердца, куда пришлось тащиться через весь район.После захоронения ко мне сквозь толпу пробился Бобби Мэллори, лейтенант полиции. Тетя Элен (или тетя Сара, толком уже не помню) как раз уводила меня, чтобы закормить до смерти пирожками и фрикадельками, поэтому я очень обрадовалась появлению Бобби. Это был старый друг моего отца; они вместе работали в чикагской полиции. Вот кого я и в самом деле рада была видеть.— Вики, я очень расстроился из-за Бум-Бума. Я знаю, как вы дружили.Бобби — единственный человек на свете, которому разрешается называть меня «Вики».— Спасибо, Бобби. Я рада, что ты пришел. Мне и в самом деле несладко.Холодный весенний ветер растрепал мне волосы, и я зябко поежилась. Пожалела, что не надела пальто. Мэллори проводил меня до лимузинов, которые должны были доставить на поминки членов семьи — ровным счетом пятьдесят три человека. Будучи душеприказчицей, я прикинула, что похороны обойдутся наследникам тысяч в пятнадцать, но мне было на это наплевать.— Ты едешь на поминки? — спросила я. — Можно, я сяду к тебе в машину? Тут такая толкучка, что никто не обратит на это внимания.Мэллори охотно согласился и посадил меня на заднее сиденье своего служебного автомобиля, предварительно познакомив с водителем:— Вики, это Катберт. Он тоже был поклонником Бум-Бума.— Да, мисс. Помню, как я огорчился, когда Бум... извините, вашему кузену пришлось уйти из хоккея. Думаю, он бы самого Грецки за пояс заткнул.— Ничего, можете звать его Бум-Бум, — вздохнула я. — Ему нравилось это прозвище, все его так называли... Бобби, этот тип из зерноторговой компании, которому я звонила, ничего мне толком не объяснил. Как именно погиб Бум-Бум?Мэллори сурово взглянул на меня:— Ты уверена, что хочешь это знать? Я знаю, ты девочка с крепкими нервами, но лучше тебе не углубляться в подробности. Запомни Бум-Бума таким, каким он был в свои лучшие годы.Я поджала губы — устраивать скандал на похоронах было бы неприлично.— Послушай, Бобби, я не большая любительница кошмарных деталей, но все-таки имею право знать, что случилось с моим двоюродным братом. Он был спортсменом, и я не могу себе представить, что Бум-Бум просто взял и свалился с причала в воду.Лицо Бобби смягчилось.— Ты что, думаешь, что он утопился?Я нерешительно развела руками.— Понимаешь, на моем автоответчике он оставил сообщение. Хотел срочно со мной увидеться. А меня в городе не было. Может быть, у Бум-Бума была депрессия?Мэллори покачал головой:— Твой двоюродный брат был не из тех, кто бросается в воду. Ты знаешь это не хуже меня.Мне не хотелось выслушивать лекцию о трусости самоубийц, и я прервала лейтенанта:— Так он действительно бросился в воду?— Думаю, служащий компании специально не стал посвящать тебя в подробности. Но ведь от тебя так просто не отвяжешься, верно? — Мэллори вздохнул. — Если я не удовлетворю твое любопытство, ты станешь все разнюхивать сама. Хорошо. У причала стоял корабль. Бум-Бум попал под работающий винт, и его разнесло на куски.— Понятно.Я отвернулась и стала смотреть на длинную вереницу некрашеных домов, выстроившихся вдоль автомагистрали Эйзенхауэра.— День был дождливый. Док старый, деревянный. Доски во время дождя становятся скользкими. Я сам читал отчет медэксперта. Уверен, что Бум-Бум просто поскользнулся. Не думаю, что это самоубийство.Я кивнула и погладила Мэллори по плечу. Хоккей значил для Бум-Бума очень многое, в этом была вся его жизнь, и мой кузен тяжело переживал уход из спорта. Я знала, что Бум-Бум не из тех, кто опускает лапки, но, когда мы виделись в последний раз, вид у него был довольно кислый. Достаточно ли сильна была у Бум-Бума депрессия, чтобы броситься под работающий винт парохода?Усилием воли я отогнала скверные мысли. Мы уже въезжали во двор аккуратного кирпичного дома, где жила тетя Элен. Вслед за прочими польскими семьями, перебравшимися с бедной южной окраины в респектабельный район Элмвуд-парка, ее семейство пустило корни в более благоприятной социальной среде. У тети Элен наверняка был супруг, какой-нибудь пенсионер, проработавший всю жизнь на сталелитейном заводе. Но в роду Войциков мужчины никогда не лезли на передний план — всем заправляли женщины.Катберт высадил нас перед домом и припарковался среди многочисленных «кадиллаков». Бобби сопровождал меня до самой гостиной, но в толпе я быстро потеряла его из виду.Следующие два часа стали для меня настоящим испытанием. Бесчисленные родственники измучили меня своими разговорами. Одни говорили, что Бернарду не следовало заниматься хоккеем, поскольку покойная Мэри была решительно против этого занятия. Другие выражали мне соболезнования по поводу развода с Диком. Ах, вот если бы у меня была своя семья! У моих кузин Шерил, Марты и Бетти столько детишек! В доме и в самом деле было какое-то невероятное количество детей. Войцики отличались редкостной плодовитостью.Все сокрушались по поводу того, что женитьба Бум-Бума продолжалась всего три недели. Во всем виноват хоккей. Недоумение у родственников вызывало и то, что бедный мальчик работал в компании «Юдора Грэйн». Дышать мучной пылью — очень вредно. Именно это преждевременно отправило на тот свет Варшавски-старшего. Но семья Варшавски вообще особым здоровьем не отличается — таков был всеобщий приговор.В доме пахло табачным дымом, польской кухней, повсюду верещали дети. Одна из тетушек зажала меня в угол и сказала что я должна буду принять участие в мытье посуды, раз уж не помогала накрывать на стол.Я твердо поклялась себе, что не буду говорить ничего кроме: «Да. Нет. Не знаю». Но нервы у меня были уже на пределе.Потом бабушка Войцик, толстая восьмидесятидвухлетняя старуха в черном блестящем платье, ухватила меня за локоть полицейской хваткой и уставилась мне в лицо своими голубыми глазками в красных прожилках. Дыша на меня луком, бабушка заявила:— Девочки рассказывают про Бернарда нехорошее.«Девочки» — это тетушки.— Они говорят, что у него на элеваторе были неприятности. Он бросился под корабль, чтобы избежать ареста, — вот что говорят.— И кто это говорит? — поинтересовалась я.— Элен. И еще Сара и Шерил. Пит рассказал им, что Бум-Бум специально бросился в воду, выбрав момент, когда никого не было рядом. Мы, Войцики, никогда не кончаем с собой. Но вы, Варшавски... Одним словом, евреи. Сколько раз говорила я Мэри — не выходи за него замуж!Я высвободила локоть. От дыма, шума и запаха кислой капусты все плыло перед глазами. Я уже собралась сказать старухе что-нибудь грубое, но передумала. Переступая через младенцев и дыша табачным дымом, я направилась к столу, уставленному сардельками и квашеной капустой. Там кучковались мужчины. Ах, если бы у них были такие же плотно набитые головы, как их животы, Америка могла бы спать спокойно.— Кто из вас треплется, что Бум-Бум сам спрыгнул с причала в воду? — набросилась на них я. — Откуда вы это знаете, черт вас подери?Пит, муж Шерил, уставился на меня тупыми голубыми глазками.— Вик, ты чего? Об этом говорят в порту, вот и все.— Что за неприятности были у Бум-Бума на элеваторе? Бабушка Войцик говорит, что ты рассказываешь об этом всякому встречному-поперечному?Пит взял кружку с пивом в другую руку.— Это просто сплетни, Вик. У Бум-Бума были какие-то нелады с боссом. Я слышал, будто он украл какие-то бумаги. Но я в это не верю. Зачем Бум-Буму красть?От гнева у меня зашумело в голове.— Это все брехня! Бум-Бум в жизни не совершил ни одного подлого поступка, даже когда был нищим!Мужчины смотрели на меня неодобрительно.— Чего ты разоралась, Вик, — сказал один из них. — Мы все очень любили Бум-Бума. Пит же сказал, что не верит сплетням. И нечего разоряться.Он был прав. Какой смысл устраивать сцену на поминках? Я встряхнулась, словно вылезшая из воды собака, и снова нырнула в толпу. На двери красовалась чудовищно выполненная икона «Кровоточащее сердце Девы Марии». Я шагнула за порог и вдохнула холодный весенний воздух.Я расстегнула жакет, чтобы освежиться дуновением ветерка. Машину я оставила возле дома, в северном Чикаго, поэтому оказалась в некотором затруднении. Я осмотрелась вокруг и убедилась, что Катберт и Мэллори давно уехали. Я стояла, не зная, то ли отправляться на поиски такси, то ли ковылять до станции на высоких каблуках. В это время ко мне подошла молодая женщина. Маленькая, аккуратненькая, с темными волосами, закрывающими уши, и глазами медового цвета. На женщине был светло-серый шелковый костюм с длинной юбкой и курткой болеро, пуговицы — из перламутра. В общем, все очень красиво и элегантно. Лицо женщины показалось мне смутно знакомым.— Где бы ни был теперь Бум-Бум, уверена, там ему больше нравится, чем понравилось бы здесь. — Женщина кивнула на дом и насмешливо улыбнулась.— Мне здесь тоже не нравится.— Вы его кузина, так ведь? А я Пейдж Каррингтон.— То-то ваше лицо показалось мне знакомым. Я видела вас несколько раз на сцене.Пейдж Каррингтон была балериной из Чикагского театра балета, где выступала с сольными комическими танцами.Пейдж одарила меня ослепительной улыбкой, неизменно приводившей аудиторию в восторг.— Мы очень дружили с вашим двоюродным братом в последние месяцы. Старались особенно об этом не распространяться, чтобы сплетники из отделов светской хроники не разнесли эту весть по всему городу. Хоть ваш кузен и ушел из спорта, он по-прежнему считался звездой.Это верно. Мне то и дело попадалось в газетах имя Бум-Бума. Очень странное чувство — быть близкой родственницей знаменитости. Без конца читаешь про своего родственника в газетах, и все время такое ощущение, будто пишут о ком-то постороннем.— Мне кажется, Бум-Бум больше всего любил вас, — нахмурившись, заявила Пейдж. Даже морщина на лбу у нее выглядела элегантно. Впрочем, задумчивое выражение тут же сменилось немного печальной улыбкой. — Возможно, мы любили друг друга, но я так и не успела разобраться. А теперь мне этого уже не узнать.Я пробормотала нечто неопределенно-утешительное.— Я хотела с вами поговорить, — продолжала Пейдж. — Бум-Бум все время рассказывал о вас. Он очень вас любил. Жаль, что он не успел нас познакомить.— Да. Я не видела его уже несколько месяцев... Вы едете в центр? Можете меня подвезти? Я участвовала в похоронном шествии и поэтому машину оставила дома.Пейдж отогнула шелковую оборку манжета и взглянула на часики.— У меня через час репетиция. Ничего, если я высажу вас где-нибудь по дороге?— Отлично. Здесь, в пригороде, я чувствую себя каким-то Братцем Кроликом. Хочу поскорее вернуться в свой терновый куст Имеется в виду книга американского писателя Джоэля Харриса «Сказки дядюшки Римуса».

.Пейдж рассмеялась:— Отлично вас понимаю. Я и сама выросла в Лейк-Блаффе. Но с тех пор прошло много лет, и я с трудом выношу родные места — такое ощущение, что мне там не хватает кислорода.Я оглянулась на дом, размышляя, следует ли попрощаться с родственничками. Хорошие манеры вроде бы этого требовали, но не хотелось выслушивать пятнадцатиминутную лекцию о том, что мне следует, во-первых, вымыть за всеми посуду, а во-вторых, привести в порядок свою жизнь. Пожав плечами, я направилась следом за Пейдж Каррингтон к воротам.У балерины оказался новенький «Ауди-5000» серебристого цвета. То ли Чикагский театр балета платил своим танцовщицам сногсшибательную зарплату, то ли родственники из Лейк-Блаффа подбрасывали дочке достаточно денег, чтобы покупать шелковые костюмы и иностранные спортивные автомобили.Пейдж вела машину точно так же, как танцевала — элегантно и точно. Мы обе плохо знали район, поэтому несколько раз сворачивали не там, где нужно. В конце концов кое-как выбрались на автостраду Эйзенхауэра.Пейдж почти все время помалкивала. Я тоже думала о своем. Вспоминала двоюродного брата, грустила, испытывала чувство вины. Именно из-за чувства вины я и устроила скандал своим тупым, толстопузым родственникам. Дело в том, что я совсем забросила Бум-Бума. Я знала, что ему приходится тяжко, но времени на общение не хватало. Почему я не оставила на автоответчике номер своего отеля в Пеории? Что, если Бум-Бум места себе не находил от тоски? Может быть, он пытался найти спасение в любви и не сумел. Или во всем виноваты сплетни — что он будто бы украл в порту какие-то бумаги? Наверное, Бум-Бум надеялся, что я смогу ему помочь — ведь нам приходилось и раньше сражаться бок о бок. Но меня рядом не оказалось.Со смертью Бум-Бума я, по сути дела, лишилась семьи. Правда, у моей покойной матери была тетя, которая и сейчас живет за городом, в Мелроуз-парке. Я видела ее всего несколько раз в жизни. Ни она сама, ни ее пузатый самоуверенный сын родственных чувств у меня не вызывают. А с Бум-Бумом я провела все детство. Мы вместе играли, дрались, защищали друг друга. В последние десять лет мы виделись мало, но все время помнили — если возникнет необходимость, есть на кого опереться. И вот в нужный момент я не смогла прийти ему на помощь.Когда мы оказались на пересечении шоссе 90 и 94, по ветровому стеклу застучал дождь. Это вернуло меня к реальности. Я заметила, что Пейдж время от времени бросает на меня косые взгляды. Я обернулась к ней и вопросительно подняла брови.— Ведь вы душеприказчица Бум-Бума? — спросила она.Я не стала это отрицать. Пейдж забарабанила пальцами по рулю.— Мы с Бум-Бумом так и не обменялись ключами от квартир. — Она смущенно улыбнулась. — А мне хотелось бы забрать кое-какие свои вещи.— Конечно. Я собираюсь отправиться туда завтра после обеда. Нужно просмотреть бумаги. Давайте встретимся в два часа.— Спасибо. Это очень мило с вашей стороны... Можно, я буду называть вас Вик? Бум-Бум так много рассказывал мне о вас, что у меня такое ощущение, будто мы давно знакомы.Шоссе нырнуло в тоннель под зданием почты, от которого начиналось шестирядное шоссе. Пейдж удовлетворенно кивнула.— А вы можете называть меня Пейдж.Она перебралась в другой ряд, «ауди» пристроился за мусоровозом и повернул налево, к Уобош.

Ви.Ай. Варшавски - 02. Тупик - Парецки Сара => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Ви.Ай. Варшавски - 02. Тупик автора Парецки Сара дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Ви.Ай. Варшавски - 02. Тупик у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Ви.Ай. Варшавски - 02. Тупик своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Парецки Сара - Ви.Ай. Варшавски - 02. Тупик.
Если после завершения чтения книги Ви.Ай. Варшавски - 02. Тупик вы захотите почитать и другие книги Парецки Сара, тогда зайдите на страницу писателя Парецки Сара - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Ви.Ай. Варшавски - 02. Тупик, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Парецки Сара, написавшего книгу Ви.Ай. Варшавски - 02. Тупик, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Ви.Ай. Варшавски - 02. Тупик; Парецки Сара, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 Батмангхелидж Ферейдун