А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Эхерн Джерри

Они называют меня наемником - 4. Битва за опиум


 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Они называют меня наемником - 4. Битва за опиум автора, которого зовут Эхерн Джерри. В библиотеке АКТИВНО БЕЗ ТВ вы можете скачать бесплатно книгу Они называют меня наемником - 4. Битва за опиум в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB или же читать онлайн книгу Эхерн Джерри - Они называют меня наемником - 4. Битва за опиум без регистраци и без СМС.

Размер архива с книгой Они называют меня наемником - 4. Битва за опиум = 106.2 KB

Они называют меня наемником - 4. Битва за опиум - Эхерн Джерри -> скачать бесплатно электронную книгу



Они называют меня наемником – 4

Джерри Эхерн
БИТВА ЗА ОПИУМ
Посвящается Лью Вильсону — человеку, в действительности сражавшемуся против чумы, которую зовут наркотиками, — и ему подобным воинам, чей труд скупо оплачивается в плохо укомплектованных, безвестных агентствах, противостоящих богатейшим преступным синдикатам.
Любое сходство героев и персонажей этой книги с действительно существующими или когда-либо существовавшими частными лицами, политическими деятелями, коммерческими или правительственными учреждениями — чистая и непредвиденная случайность.
Глава первая
Фрост поднес желто-голубой огонек своей видавшей виды зажигалки “Зиппо” к сунутой в зубы сигарете и устремил глаза вниз.
Он пристально изучал новенькие, за шестьдесят пять долларов купленные туфли.
Чистый грабеж, подумал Фрост. Герберовский нож обошелся куда как дешевле, а пользоваться им доведется неизмеримо чаще, нежели этими шедеврами сапожного ремесла.
Армейские ботинки, служившие капитану в “полевых” условиях, имели размер десять с половиной, но штатская обувь отчего-то числилась под двенадцатым, да еще и четвертой полноты. Входишь в магазин, угрюмо подумал Фрост, спрашиваешь: “А двенадцатого в четвертой не сыщется?” — и продавщицы хохочут. Верней, хихикают потихоньку; но мысленно помирают со смеху, это уж как пить дать. За долгие годы, впрочем, следовало бы отвыкнуть от смущения. Одарила природа громадными ступнями, наградила несуразными ножищами — ну и что? Бывают и побольше. Правда, не очень часто…
Фрост пожал плечами и оглядел улицу. На тротуарах по-прежнему лежала влага, и Хэнк недовольно хмыкнул. Не успеешь добраться до следующего перекрестка, а весь великолепный шестидесятипятидолларовый лак пропитается водой, точно губка. И пятна останутся несмываемые… Проверено…
Поправив черную повязку на левом глазу, Фрост вздохнул и двинулся вперед. Было еще довольно рано, однако по Бурбон-стрит уже сновали стайки туристов. Невзирая на прохладу и морось, двери клубов и кафе растворились нараспашку, и улыбчивые, развязные зазывалы напропалую приглашали прохожих заглянуть и задержаться.
Один из них обратился к Фросту, но встретил равнодушный, ледяной взгляд. Осекся. Прервал бойкую, фразу где-то на середине.
“Туфель моих новых перепугался, что ли?” — подумал Фрост.
Он выбрался из квартала и вновь непроизвольно поглядел на блистательное лакированное приобретение. Слава Тебе, Господи, лак не желал заводить с водою излишне близкого знакомства и стойко отражал все ее ухаживания. Темных пятен пока не замечалось.
Фрост повернул на Орлеанскую улицу, ведшую прямиком к переулку Пиратов, где у фонтана за церковью, прямо посреди Джексоновской площади, была назначена встреча. Капитан шагал быстро, спасаясь от холода и промозглой сырости, разгоняя кровь по венам и артериям, согревая озябшее тело.
Деловая встреча. Не хуже любой иной. Одобрена Государственным Департаментом, подкреплена всеми возможными и вообразимыми документами — все предвидено, все обустроено. Какого же лешего, подумалось Фросту, назначать свидание под открытым небом в холодное, пасмурное утро? Даже на автомобиле не приедешь — запарковаться наверняка и безусловно будет негде…
Молодой уличный музыкант, кларнетист с длинной, вьющейся светлой шевелюрой и висячими усами, стоял на углу. Рядом расположились девушка, бившая в бубен, и подросток, вооруженный тромбоном. Проходя мимо, Фрост приметил красовавшуюся на асфальте перевернутую шляпу. Кларнет завел старую добрую мелодию “Давай прогуляемся вместе”. Фрост запустил руку в прорезь непромокаемого плаща, служившую для доступа к пиджачному карману, ощупью отыскал полдоллара и бросил в шляпу музыкантам. Девушка встряхнула бубен с удвоенным рвением и метнула на капитана лукавый взгляд. Ответная улыбка Фроста была довольно рассеянной.
Капитан заторопился дальше.
Казалось, в переулке Пиратов звукам удалявшейся музыки надлежало бы понемногу стихать, но этого не замечалось. Обернувшись через правое плечо, Фрост удостоверился: все трое музыкантов медленно следовали за ним, держась на почтительном расстоянии.
Миновав переулок и фасад старой католической церкви, Фрост увидал еще немало молодых уличных виртуозов, одарил еще кое-кого, чья игра не особенно резала слух, толкнул тяжелую створку высоких кованых ворот и объявился на Джексоновской площади.
Всех поджидавших близ фонтана он признал сразу же.
Доверенные представители дружественной страны, государства, на которое Департамент взирал весьма благосклонно. Фрост расстарался и добыл им оружие: 1.200 браунингов, 18.000 штурмовых винтовок М—16 и М—16А1; три тысячи подержанных смит-и-вессонов десятой модели, а также боеприпасы для всех перечисленных огнестрельных систем.
Превзойдя самого себя в изобретательности и чистой изворотливости, Фрост умудрился раздобыть в придачу несколько бывших в умеренном употреблении противотанковых гранатометов огромной мощности.
Все трое посредников — один француз, двое немцев, — и шестеро телохранителей топтались около каменной закраины бассейна. Фрост поднял было руку, чтобы помахать издалека, но сдержался. Приблизившись к фонтану, он любезно улыбнулся и произнес:
— Приветствую, ребятки!
Француз осклабился в ответ и сказал:
— Капитан Фрост?
Немцы пробормотали нечто маловразумительное. Фрост закурил новую сигарету, ожидая продолжения. Продолжения не последовало.
— Ну-с, — деланно бодрым и беззаботным голосом промолвил Фрост, — остается, по-моему, только обсудить окончательные условия доставки и оплаты. Правильно?
— Oui, — ответствовал француз. — Все окончательные условия и требования содержатся здесь, капитан.
Француз протянул Фросту желтую, довольно тонкую папку манильского картона. Фрост повертел ее в руках, прочитал начертанное на лицевой стороне собственное имя, проверил печать.
Сунул папку в карман дождевика.
Посредники развернулись и направились прочь.
— Эгей! — встрепенулся Фрост. — Это как понимать прикажете?
— Так и понимайте, капитан, — обернулся француз.
— Послушайте, я прошагал битых полторы мили. Промочил ноги, подхватил насморк. И только ради того, чтобы получить запечатанный конверт?
— Oui.
— Oui? Что значит “oui”? Больше добавить нечего? А?
— Oui.
Француз умолк и двинулся дальше.
— Ах ты… — пробормотал Фрост, машинально пиная носком туфли каменную закраину. Тотчас отдернул ногу и уставился на царапину, прорезавшую глянцевитый лак. — Шестьдесят пять долларов! Ах, черт бы тебя побрал!
Он склонился, изучил повреждение, гадая, не удастся ли устранить его. Чистильщика разыскать, что ли? А может быть…
Кто кашляет, как бешеный?
Фрост разогнулся, повернул голову.
Кто кашляет непрерывно и громко?
Источник звука обнаружился немедленно.
Правая рука Фроста скользнула под расстегнутый плащ. Пальцы сомкнулись на рубчатой рукояти знаменитого хромированного браунинга. Клацнула круглая кнопочная застежка наплечной кобуры, удерживавшая пистолет на месте. Фрост поднял предохранитель и взвел курок двумя последовательными, тысячи раз отработанными движениями.
Девятимиллиметровый пистолет возник на свет Божий, и дуло устремилось прямо к нежданно появившейся цели.
Фрост сощурился.
Браунинг выстрелил дважды, пули настигли ближайшего из четырех автоматчиков: темноволосого бородатого юнца, который уже поворачивался, готовясь поразить Фроста, по взмахнул руками, крутнулся, отлетел и рухнул ничком на булыжники церковного подворья.
Справа начали взлаивать револьверы телохранителей. Фрост увидел, как еще один автоматчик повалился наземь. Оставшиеся двое — девица и курчавый кларнетист били проворными очередями по три выстрела. Фрост метнул взгляд направо.
Француза уложили. Одного из немцев тоже. Вместе с ними погибли трое телохранителей, а теперь, прямо на глазах у капитана, упали еще двое. Последний оставшийся на ногах дважды выпалил в курчавого, стрелял он левой рукой, из доброго старого вальтера-П33. Кларнетист опрокинулся на ступени паперти, однако автомат продолжал стрекотать, пули кромсали булыжник, разметывались рикошетом.
Новая очередь. Телохранитель перегнулся подолам и упал кувырком.
Фрост прицелился быстро и тщательно. Всадил еще две пули в голову кларнетисту, добил, обезвредил навеки. Посмотрел на посредника-немца, увидел, что глаза тевтона округлились от ужаса. Крутнувшись на месте, капитан опять навел браунинг — уже на девицу, пять минут назад подарившую Фроста кокетливой гримаской. Только вместо бубна в руках у нее сейчас обретался впечатляющий автомат MAC—10.
Девица метнулась к Фросту подобно атакующей рыси.
— Подохньи! Подохньи! — вопила она с явным иностранным акцентом.
Фрост выстрелил два раза, угодил прямо в грудь противницы. Девушка споткнулась, остановилась, отлетела, распласталась на булыжной мостовой, раскидала руки. Автомат описал небольшую дугу в воздухе и тяжело клацнул, брякнувшись неподалеку.
Медленно, осторожно, Фрост шагнул в сторону девушки, переводя пистолетное дуло с одного неподвижного тела на другое. Чем черт не шутит, а вдруг кому-то недодали сдачи? Лежит, притворяется, выжидает… Рисковать понапрасну вовсе не хотелось.
Он остановился подле убитой девицы, заглянул в голубые глаза — остекленелые, пялившиеся в низкое серое небо. Услышал, как немец пытается что-то сказать. Но не обратил внимания.
Немец продолжал говорить.
Фрост обернулся. Посредник, предусмотрительно шлепнувшийся, дабы уберечься от пуль, подымался на ноги, озирая валявшихся там и сям мертвецов.
“С какой стати эта лань трепетная орала “подохни”, пока мчалась ко мне?” — дался диву Фрост.
Возможно, добитый капитаном кудрявый кларнетист был ее любовником. А может быть, мысленно ухмыльнулся Фрост, следовало бросить в шляпу целый, полновесный доллар, а не паршивых пятьдесят центов…
Он вздохнул и вновь изучил носок недавно купленной туфли. Даже при скудном, пасмурном свете, даже одноглазому было ясно: царапина глубокая, основательная. Ни вывести, ни замазать не удастся.
Глава вторая
— Что значит “никаких сделок”?
— Сделка не имеет Польше меня казаться, герр Фрост. Это есть отшень просто.
Капитан ожег немца уничтожающим взглядом. Где-то вдалеке уже пронзительно завывали полицейские сирены.
— Лучше бы я позволил этой девке тебя пришить, сукин…
— Как это фырашают себя английские и американские ребенки? Язык чеши, только кулак не маши? Я имею…
— Заткнись! — рявкнул Фрост, наклоняясь к огоньку зажигалки и глубоко затягиваясь дымом “Кэмела”. Он окинул взглядом усеянную мертвецами площадь, затем опять уставился на посредника:
— И, сделай милость, изволь убраться к чертовой матери!
Фрост развернулся, шагнул прочь от несколько оторопевшего немца, устало прислонился к закраине каменного бассейна. Вернул браунинг в наплечную кобуру, скрытую под плащом. Ближайшая сирена уже умолкла.
Значит, машина остановилась, полицейские высыпали наружу и во всю прыть несутся к месту происшествия на своих двоих…
Так и было.
Фрост покосился и увидел первого, бежавшего прямо к фонтану и бравшего магазинный дробовик наизготовку.
Отступив немного в сторону, Фрост исправно поднял обе руки, бормоча себе под нос:
— Восхитительный перечень правонарушений… Беззаконное применение оружия — раз. Противозаконное ношение боевого пистолета — два. Незаконная стрельба в городских пределах — три. Антизаконное владение армейским кинжалом — четыре…
Фрост поперхнулся дымом и выплюнул сигарету на булыжник.
— …Возмутительное загрязнение мостовых — пять, — меланхолически окончил он.

— Вы прочли содержимое конверта, Фрост?
Фрост поглядел на полицейского лейтенанта, восседавшего напротив, за усеянным бумагами, ручками, папками и тому подобной дребеденью столом.
— Не успел. Возможности не получил.
— Тогда навострите уши. “Капитану Фросту. Если вы доставили товары, в приобретении которых заинтересованы известные лица, мы свяжемся с вами позднее, когда получим согласие и одобрение заказчика. Будьте любезны уведомлять о любых изменениях в представленном списке”. Точка… Да, еще и сам упомянутый список: “изделие А, изделие Б…”
— Зеваки паршивые, — буркнул Фрост себе под нос.
— Что? — переспросил полицейский. — Зеваки?
— Поганое сборище паршивых зевак, — ответил Фрост.
— Не понимаю, капитан. Что вы имеете в виду? Какие зеваки?
Фрост откинулся на спинку старого, уже почти ветхого деревянного кресла. Подметил множество глубоких царапин и выбоин на подлокотниках.
“Сюда большей частью садятся в наручниках, — подумал Фрост. — Вот и повытерли…”
— Международная оружейная торговля, — пояснил он, — изобилует зеваками. Людьми, которые заглядываются, глазеют, прицениваются, а в итоге не покупают ни черта. Именно поэтому столько дельцов, берущихся сбывать большие и малые стволы, разочаровываются, идут на попятный, меняют род занятий. Согласен, “торговля оружием” звучит заманчиво и звонко, товар стоит огромных денег… Казалось бы, продавай — не хочу… Да в кармане-то сплошь и рядом только блоха на аркане, или вошь на цепи!
Лейтенант безмолвствовал.
— Кто-нибудь, — продолжил Фрост, — обращается к вам, делает заказ. Надежнейшие условия, распрекрасный контракт. Государственный Департамент пляшет от восторга, дает вам зеленую улицу — вперед! Я отыскал покупателя на браунинги пятидесятого калибра. Единственный покупатель на всем белом свете, как выяснилось…
— Простите?..
— Это старье никому не требуется, — пояснил Фрост.
— А!
— А знаете, каково раздобыть противотанковый гранатомет? Возле завода чуть ли не очередь выстроилась по списку — ждут, не дождутся. Я раздобыл. Расстарался.
Лейтенант кивнул.
— Совершил невозможное. Почти невозможное. И почти даром.
— Н-да.
Лейтенант — Фрост припомнил, что его зовут Абрамсоном, — вздохнул:
— По крайней мере, вы унесли ноги. И этот немец, Негг Шелль, тоже уцелел. Могло выйти хуже.
— Да, только, черт возьми, я, по сути, разорился. И сижу перед вами. И вот они, мои пожитки — все вместе взятые.
Фрост указал на хромированный браунинг и герберовский нож, красовавшиеся перед лейтенантом посреди обширной столешницы.
— Ладно, чего уж там… Во-первых, за вас вот-вот официально заступятся сверху. А во-вторых, даже будь иначе, никто не стал бы возбуждать уголовного дела. В конце концов, капитан Фрост почти единолично истребил банду террористов… Но оружие вернем только перед самым отъездом из города…
Абрамсон склонился вперед, накрывая браунинг широким, свободно свисающим галстуком, уставился на Фроста в упор:
— И помоги вам Бог, ежели еще раз объявитесь в Новом Орлеане! Я не шучу, запомните.
— Вот она, благодарность за примерное поведение! — вздохнул Фрост. — Надо было юркнуть в сторону и улепетывать как ошпаренному.
— Не похожи вы на человека, склонного улепетывать, — хмыкнул Абрамсон.
Потом зажег сигарету, протянул спичку Фросту. Капитан, в свой черед, перегнулся через стол, прикурил, сощурился. Вновь откинулся на спинку кресла.
Последовали еще полтора часа болтовни с Абрамсоном. Полтора часа невольно подслушанных телефонных разговоров, слушать которые посторонним не полагалось. Почти полная пачка выкуренных сигарет. Наконец, Фрост покинул центральный полицейский участок, предварительно заручившись торжественным заверением Абрамсона:
— Получите оружие в целости и сохранности. Но не ранее, чем за пять минут до отъезда или отлета!
Полдень уже миновал, однако на улице стоял ощутимый холод. Спасаясь от сырости, Фрост поднял воротник, остановил такси и велел ехать в Латинский Квартал, откуда несколькими часами ранее ушел на столь неудачную встречу.
Странно, подумал Фрост, какое редкое движение! Поутру автомобилей было куда больше.
Проезжая мимо Джексоновской площади, он увидел веревочное ограждение, протянутое полицией вокруг недавнего поля битвы, и даже с приличного расстояния — или это просто почудилось? — умудрился разглядеть меловые линии на булыжнике, обозначавшие очертания уже убранных мертвых тел.
Лейтенант не удосужился уведомить Фроста, кем были нападавшие, но Хэнк предполагал, что столкнулся с коммунистами либо левыми студентами из той страны, чьи правительственные арсеналы неопытный бизнесмен Фрост пытался втихомолку пополнить.
Судя по всему, парадом посредников командовал француз… Царство ему Небесное…
Фрост пожал плечами, расплатился с водителем и зашагал по улице Урсулинок к Латинскому Кварталу. Урсулинки, припомнил Фрост. Женский монашеский орден, история которого вплетается в историю Нового Орлеана буквально с того дня, когда заложили первый камень первого дома.
Отыскав ресторанчик на углу, капитан отворил дверь и вошел. В дальнем конце обеденного зала высилась длинная стойка. На подоконниках красовались аквариумы, являвшие обозрению посетителей изрядный ассортимент живых омаров. Играл музыкальный автомат. Но вместо обычной чуши — тяжелого рока, диско или ковбойских напевов — звучал настоящий, старый, изысканный орлеанский джаз. Исполняли “Сент-Джеймсский лазарет”.
— Веселая музыка, ничего не скажешь! — пробурчал Фрост.
Светловолосая официантка средних лет проводила капитана к свободному столику, пригласила сесть. Фрост сбросил дождевик, положил на соседний стул. Кобура, оставшаяся под пиджаком, все время неловко съезжала в сторону — как оно и положено пустой кобуре, даже идеально сработанной и подобранной. Фрост повел плечами, запустил руку за лацкан, попытался поправить ремни.
Он заказал виски с содовой и креветок по-креольски. Напиток доставили незамедлительно. Вооруженный высоким узким стаканом, Фрост поднялся и двинулся к телефону, пристроившемуся возле самой ресторанной стойки.
Набрал междугородный номер.
Охранная служба Diablo отозвалась из штата Индиана почти немедленно.
— Приветствую, Хэнк. Жив-здоров? Мы уже битых три дня пытаемся до тебя дозвониться.
— Ага, — сказал Фрост, замечая, как ресторан понемногу начинает наполняться посетителями. — Я усиленно пытался разбогатеть, да ничего не получилось. Теперь ищу других источников прибыли. У босса ничего новенького не наклевывается? Для меня лично?
— Для тебя наклевывается постоянно, — промурлыкал из трубки девичий голос. — Как раз поэтому и обрываем провод. С тобою жаждет повидаться некто Роджер Фарборн. Босс говорит, мультимиллионер, или сверхмиллиардер — что-то в этом роде. Предлагает работенку. Только не говорит, какую. Позвони ему, выясни, в чем дело… Не понравится — возвращайся прямиком в Diablo. Хорошо, Хэнк?
— Ну, разумеется, крошка!
Фрост уже слыхал упомянутое собеседницей имя, только не мог припомнить, где и когда.
— Итак, моя прелесть, начинай диктовать номер Фарборна… Товсь…
Он извлек из кармана ручку и визитную карточку покойного француза. Перевернул картонный прямоугольник чистой стороной вверх.
— Пли!
Девушка прощебетала номер цифру за цифрой.
Фрост исправно записал сказанное и распрощался. Вынул из аппарата сдачу — пару-тройку монеток, — и снова завертел диском, уже не скармливая телефону мелочи.
“Пятьсот восемнадцатый код… Где-то на севере штата Нью-Йорк… Не близко, не близко…”
Прозвучали три гудка, затем на противоположном конце провода снял трубку оператор-телефонист. Да?
— Мистер Фрост вызывает мистера Фарборна за счет последнего. Будьте любезны, выясните, на месте ли Фарборн, и готов ли он оплатить разговор?
— Одну минуту…
В трубке тихонько засвистело, запело, щелкнуло. Затем другой — уже более низкий и звучный голос произнес:
— Оператор, я принимаю расходы на себя.
Фрост начал было говорить, но телефонист еще не успел отключить свою линию.
— Это мистер Фарборн?
— Да, оператор.
— Пожалуйста, разговаривайте.
Новый щелчок — и телефонист умолк.
— Хэнк Фрост?
— Он самый. Мистер Фарборн?
— Да. Наконец-то соизволили позвонить. Я доискиваюсь вас уже трое суток.
— Мы встречались раньше? — осведомился Фрост, искоса наблюдая, как официантка пристраивает на его столике порцию креветок.
— Нет, но встретимся теперь. Скажите, где вы, и я вышлю за вами свой самолет.
— А что мне предстоит исполнить, если не секрет?
— Всему свое время. Не по телефону же выяснять подробности. Уверен, человек, обладающий вашим опытом, прекрасно понимает это.
— Прекрасно понимаю, — согласился Фрост, непроизвольно кивнув невидимому Роджеру Фарборну.
— Где вы? И далеко ли до аэропорта?
— В Новом Орлеане. Совсем близко.
— Вот и хорошо. Мой самолет прибудет ровно через пять часов. Пилот повстречается с вами в зале для особо важных лиц. Узнает по черной повязке на левом глазу. И, кстати…
Голос прервался, не докончив новой фразы.
— Кстати — что?
— Откуда она? Я хочу сказать, почему вы носите повязку на левом глазу?
Фрост ухмыльнулся и со вкусом ответил:
— По соображениям удобства, мистер Фарборн. Дело в том, что левого глаза у меня больше нет, и, если носить повязку на правом, то просто-напросто ничего не увидишь.
Воцарилось гробовое молчание, и Фрост подумал, что собеседник швырнул трубку. Однако через несколько секунд глубокий звучный голос отозвался:
— Мне правятся люди, наделенные чувством юмора. Но к несчастью, мистер Фрост, ваша реплика не очень забавна. Через пять часов. Орлеанский аэропорт. Всего доброго.
Линия смолкла.
Фрост возвратился к своему столику, думая, что Роджеру Фарборну повезло. Ибо люди, наделенные чувством юмора, способны без обиды воспринимать даже самые идиотские и бестактные вопросы.
Глава третья
Когда Фрост вышел из ресторана, падал довольно частый дождь. Капитан двинулся вспять по улице Урсулинок.
Дождь и холод.
Прежде чем уплатить по счету и отправиться восвояси, Фрост позвонил в центральный участок лейтенанту Абрамсону и попросил вернуть браунинг и нож, потому как обладатель упомянутых человекоубийственных предметов намеревается покинуть негостеприимный город и просит полицию сдержать свое честное, благородное, нерушимое слово.
Абрамсон удовлетворенно хмыкнул и согласился.
Туфли начинали-таки промокать, не выдерживая длительного странствия по мутным лужам. Откуда-то слышалась песенка “Bei mir bist du shon”, исполняемая на отменно скверном рояле преотменно плохим пианистом.
Фрост закурил.
Он ощущал знакомый прилив боевого задора, предчувствовал новое приключение, однако даже не гадал, какого оно будет свойства. Всего вернее, предложение Роджера Фарборна окажется малоприемлемым… Да только, в конце концов, хочешь не хочешь — а придется принимать…
Фрост подумал о Бесс. Она сейчас в Лондоне, в этом суматошном бюро телевизионных новостей. Возможно — по крайности, Фрост надеялся на это, — иногда вспоминает возлюбленного.
Сигарета догорела. Окурок описал длинную дугу и коротко зашипел, подхваченный потоками воды.
В зале для особо важных лиц капитана ожидали и позволили проникнуть внутрь без малейшей задержки. Мокрый как мышь, плохо выбритый, усталый и сонный Фрост уселся у стойки роскошного бара и заказал себе выпивку. Бесплатную. Все расходы, по словам служащего, относились на счет мистера Фарборна.
Фрост увидел полицейского офицера, забрал у того хромированный браунинг и герберовский нож, расписался в получении. Торжественно заверил: часом позже ноги его не будет в Новом Орлеане. Отныне и вовеки.
Чок-в-чок через пять часов после телефонного разговора с Фарборном в зале объявился человек, облаченный в пилотскую форму. Он что-то спросил у распорядителя. Распорядитель указал на Фроста. Фрост помахал рукой, и летчик приблизился, выразительно вздергивая левую манжету, глядя на циферблат ролексовских часов.
Фрост залпом проглотил остатки дорогого коктейля, поднялся, последовал за пилотом.
Самолет оказался “Бичкрафтом”, оснащенным двумя турбореактивными двигателями. Такие машины, вспомнил капитан, прозывают “королями воздуха”. Поднявшись в салон, Фрост удостоверился, что прозвище вполне справедливо. Только восемь кресел, но места еще вдоволь. Ковры, обивка, обстановка — все буквально дышало роскошью.
“Почище любого гостиничного номера де-люкс”, — отметил капитан и осведомился у летчика о предельной скорости, которую мог развить “Бичкрафт”.
— Триста двадцать восемь миль в час, — отвечал пилот. — Но я не стану выжимать больше трехсот, устраивайтесь и отдыхайте на здоровье, мистер Фрост.
Он любезно распахнул дверцы бара, но Фрост лишь помотал головой, угнездился подле окна и застегнул ремень безопасности.
Уже стемнело, и вскоре после взлета, когда машина пробила низко нависшие тучи и ушла ввысь, в окне стало возможно разглядеть только собственное отражение.
“Следует побриться”, — вздохнул Фрост.
Минут через двадцать он решил было встать и все-таки смешать себе новый коктейль, но передумал и, надавив рычаг, опустил спинку мягкого сиденья…
— Да вы спите как сурок, сэр!
Летчик осторожно тряс Фроста за плечо.
— Вставайте, капитан. Мы уже приземлились, автомобиль подан и дожидается вас. Пора ехать к мистеру Фарборну.
Фрост поглядел на часы-Стрелки на черном циферблате “Омеги” показывали три.
— Верно, — пробормотал Фрост, подымаясь на ноги.
Как есть, сурок… А где в этом царском дворце отхожее местечко?
Сортир не уступал в роскоши салону.

Они называют меня наемником - 4. Битва за опиум - Эхерн Джерри -> читать дальше


Отзывы и коментарии к книге Они называют меня наемником - 4. Битва за опиум на нашем сайте не предусмотрены.
Полагаем, что книга Они называют меня наемником - 4. Битва за опиум автора Эхерн Джерри придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете рекомендовать книгу Они называют меня наемником - 4. Битва за опиум своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Эхерн Джерри - Они называют меня наемником - 4. Битва за опиум.
Возможно, что после прочтения книги Они называют меня наемником - 4. Битва за опиум вы захотите почитать и другие книги Эхерн Джерри. Посмотрите на страницу писателя Эхерн Джерри - возможно там есть еще книги, которые вас заинтересуют.
Если вы хотите узнать больше о книге Они называют меня наемником - 4. Битва за опиум, то воспользуйтесь поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Эхерн Джерри, написавшего книгу Они называют меня наемником - 4. Битва за опиум, на данном сайте нет.
Ключевые слова страницы: Они называют меня наемником - 4. Битва за опиум; Эхерн Джерри, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно
Загрузка...