А-П

 Римского права больше нет 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Соколова Марина Дмитриевна

Африканский роман


 

Здесь выложена электронная книга Африканский роман автора, которого зовут Соколова Марина Дмитриевна. В библиотеке ulib.info вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Соколова Марина Дмитриевна - Африканский роман (причем без регистрации и без СМС)

Размер файла: 64.48 KB

Соколова Марина Дмитриевна - Африканский роман - бесплатно скачать книгу


Марина Соколова
Африканский роман

1
Наконец к Ларисе вернулась комфортная самоуверенность. Она мерила коридор величественной поступью и прислушивалась к упорядоченным мыслям. Они утихомирились вчера пополудни, когда стало ясно, что Алжир уже не за горами. Лариса окинула взглядом французский текст и обрела долгожданный покой. Текст был на удивление простой, пожалуй, даже примитивный. В институте переводы попадались несравнимо сложней. Вообще испытания будущих переводчиков отдавали фиктивностью. Казалось, они не могли напугать даже Вольдемара, хотя в преддверии финальной оценки посредственный Вольдемар (в быту – просто Вова), не скрывая, нервничал. «Вдруг о н и спросят, как по – французски будет, например, склеп?» – жаловался он Полю (по – простому – Павлику Морозову). «В твоём возрасте пора знать, что такое склеп», – тривиально острил Павлик. «Сам он, вероятно, рассчитывает на свой бежевый костюм», – слегка позлорадствовала Лариса.
Знаменитый в узких кругах костюм Поля оставлял её равнодушной. Все французские группы втихомолку потешались над нездоровым интересом Mme[1] Вайнтрауп к действительно неординарному костюму Павлика Морозова. Гроза франкоговорящих студентов от бежевого костюма впадала в необъяснимый раж и в таком состоянии была способна раздавать пятёрки направо и налево. Ларисе тоже перепадало от её щедрот, но она привыкла рассчитывать на свои собственные силы. Она с а м а поступила в институт, с а м а хорошо училась, с а м а вышла в первые студентки и теперь с а м а поедет в Алжир переводчицей. Не одна – вместе с четырьмя другими студентами, но без посторонних влияний. Сейчас откроется волшебная дверь – и Лариса войдёт в новую, неизведанную жизнь. О н и скажут ей напутственные слова, с которыми она прибудет в далёкую африканскую страну, променяв размеренное московское существование на затейливый мир, богатый приключениями.
В начальническом кабинете о н и оказались в единственном числе. О н разместил студентов в приказном порядке и напористо поинтересовался их отметкой по французскому языку. «Ему недостаёт интеллигентности», – подумалось Ларисе, приученной к институтским взаимоотношениям.
На экзамене Барановская оценила её успехи «хорошей четвёркой». Компетентная Барановская прекрасно знала, что экзаменационный день совпал с Ларисиным днём рождения. Излучая доброту, она поздравила любимую студентку, но… истина ей была дороже. Ларису отметка отнюдь не расстроила, потому что на экзаменах ей редко удавалось сконцентрировать внимание и взять себя в руки. Павлику крупно не повезло: экзамен принимала не Вайнтрауп, ничем другим, кроме впечатляющего костюма, впечатлить Барановскую ему не удалось, и в результате он тоже схлопотал четвёрку. Власовке и Ире как раз повезло: им попались вожделенные билеты, они блеснули – и вырвали у Барановской по пятёрке. Что касается Вольдемара, то он по привычке заработал нормальную тройку. Однако в кабинете, в котором решалась если не судьба, то, по крайней мере, карьера и материальная обеспеченность будущих переводчиков, Вова покривил душой и тройку заменил на четвёрку. О н укоризненно покачал головой и попенял студентов недостатком квалификации. «Посылаем людей с ограниченным кругозором, – недовольно высказался о н, – а потом удивляемся отношению к нашей стране». После всего этого Лариса всё же услышала напутственные слова, которые её настигли по ту сторону начальнической двери. К ней присоединились Ира, Павлик и Вова, в то время как Власовка (согласно паспорту – Ольга Валерьяновна Власова), по просьбе начальника, «на минутку» задержалась в кабинете. «Минутка» растянулась на полтора часа, но неунывающие переводчики с лёгкостью убили время шутками и прибаутками. Власовка вышла из кабинета, как обычно, без лишних слов, но и без лица. «Всё в норме?» – чуть слышно спросила деликатная Ира. «В целом – да», – сухо ответила Власовка. «А почему задержал?» – мягко поинтересовалась Лариса. «Из – за фамилии», – сжато изложила Власовка. «Это что – военная тема?» – уточнила любопытная Лариса. «Да нет, скорее „невозвращенцы“, – усмехнулась Власовка. „Невозвращенцы“, – тупо повторила отставшая от жизни Лариса. „Газеты надо читать, девушка“, – наставительно посоветовал Павлик Морозов.
Лариса не любила читать газеты, плохо разбиралась в „невозвращенцах“, более того: она терпеть не могла политику. Заоблачной политике девушка предпочитала земную любовь. Но… до сих пор любовь обходила её стороной. Нельзя сказать, что в её жизни не было влюблённостей. Лариса навсегда запомнила своё первое увлечение. Это произошло до детского садика, совершенно точно: детсадовский Миша был её вторым увлечением. Первое увлечение звали „дядя Фёдор“. Он сидел по правую руку от дедушки и, не отрываясь, следил за игроками. Стояло вёдро, и мужчины разумно пользовались погодой. От нелёгкого деревенского труда они неторопливо отдыхали за карточной игрой. Ларисе нравилось наблюдать мелькание карт и слушать скупые мужицкие комментарии. Время от времени кто – нибудь выстреливал солёным словцом. После скабрёзного анекдота дедушка искоса взглянул на внучку и полушёпотом сказал: „Доня, пойди к маме. Она тебя ищет“. Позже выяснилось, что дедушка солгал из педагогических соображений. Лариса догадалась, что вблизи чужих мужчин ей нет места. И ещё она поняла, что ей очень хочется видеть того, кто сидит по правую руку от дедушки. Причём чем чаще – тем лучше. И она стала е г о выслеживать. Заблудиться было сложно, потому что о н жил через две хаты. Детское сердечко тянулось к н е м у, как подсолнух к солнышку.
О н источал неизъяснимую истому, которая распространялась по всему тельцу.
Когда Лариса выросла, она узнала, что это было ощущение любви. С первым ощущением любви она рассталась у дедушки в деревне, со вторым – в детском саду, с третьим – в школьном дворе… Сколько их было – томительных предчувствий, но – ни одной настоящей любви. Как ни странно, ощущения остановились на пороге института. Вова, который выдавал себя за Вольдемара, вызывал только смех, но никак не истому. Павлик Морозов, он же – Рaul Morosoff,[2] вообще не вызывал никаких эмоций. Кроме них, на факультете учились ещё несколько парней, один из которых очень быстро уехал в Израиль, так что просто не успел ничего вызвать. Оставшиеся в мизерном количестве были заняты другими девушками – и уже поэтому вне всяких интересов. Да во всём Педагогическом институте парней насчитывалось не больше двух – трёх десятков! Не жаловали они педагогику: не выгодно и не престижно. Почти все и собрались на факультетах иностранных языков, где были военные кафедры, а значит – спасение от армии. Однажды краем уха Лариса услышала, что где – то на историческом факультете затесался подходящий экземпляр. Но увы! Прошло то время, когда она преследовала мужчин в поисках несказанной истомы. Лариса уже давно ни за кем не бегала; ей нравилось, когда бегали за ней. Среди преподавателей также изредка попадались мужчины. Но они выглядели недостижимыми или малопривлекательными. Впрочем, один из них, преподаватель теоретической фонетики, ей снился целый семестр. Девушке было стыдно, и она никому про это не рассказывала. Во сне Лариса частенько занималась с ним любовью. Это было ещё стыдней… но так приятно! А наяву преподаватель внушал одну враждебность – из – за того, что скупился на пятёрки. Вне всякого сомнения, были… были мужчины за пределами института. На Ларису обращали внимание на улице, в кафе, в ресторанах, на дискотеках, в кинотеатрах и в других театрах, в цирках, на концертах… в магазинах и в музеях! В общем где бывала, там и обращали внимание. Подходили знакомиться. Она почти никому не отказывала. Часто короткое знакомство заканчивалось вместе с короткой прогулкой по улице Горького. Иногда – после первого или второго поцелуя. Целовалась лишь тогда, когда очень хотелось, – требовала созревшая плоть. Но ни до, ни во время, ни после поцелуев не испытывала ничего другого, кроме полового влечения. Истома перешла в небытие. А о настоящей любви приходилось только мечтать. Периодически у Ларисы создавалось впечатление, что в реальной жизни такой любви не существует вовсе. По крайней мере – в её понимании этого чувства. Nadine Chapeau[3] меняла любовников, как перчатки, и физическую потребность выдавала за любовь. Нет, к истинной любви это не имело никакого отношения. Лариса сама была не без греха: поцелуи дарила без любви, но до постели никого не доводила. В отличие от Шапо, Люба (она же – Амурчик) каждый год делала аборт от постоянного любовника и взахлёб делилась опытом с неопытными девушками. Лариса, хотя и была неопытной девушкой, но предпочитала учиться на собственных ошибках. На её взгляд, ближе всех к любви находилась Власовка, которая отказалась от четырёх браков по расчёту. Она, как и Лариса, жаждала высокой любви… правда, по национальному признаку. На факультете Власовка слыла большой оригиналкой, гонялась за всеми московскими арабами – по очереди и планировала создать счастливую русско – арабскую семью. Лариса входила в её положение, но любовь себе представляла несколько иначе. По её глубокому убеждению, любовь пренебрегает любыми границами – и национальными, и социальными – и всеми остальными.
Воистину, Лариса вполне созрела для самого непредвиденного чувства – лишь бы оно было настоящим.
2
На перевалочном пункте собралось много народу. Толпа была разношёрстная, похожая на заблудившуюся паству, в растерянности ожидавшую осведомлённого пастыря. Можно сказать, что Ларисе повезло: она встретила своего гуру в лице симпатичного – льноволосого и васильковоглазого – преподавателя телевизионной науки. Иван Иваныч (так звали преподавателя) вернулся в Алжир после „больших каникул“, буквально разбухал от переполнявших его познаний, которыми делился с приглянувшейся переводчицей. Девушка, открытая всем ветрам и наукам, как губка, впитывала новейшую информацию. Иван Иваныч производил впечатление человека строгого, но справедливого. В ожидании затянувшегося распределения они с Ларисой коротали время за чашкой чая и завлекательными разговорами об алжирских порядках. Вернее, Иван Иваныч всё больше говорил, а Лариса всё больше слушала. Порой сопережевала, порой задавала интересующие её вопросы.
Лариса: „Иван Иваныч, скажите, пожалуйста, как к вам относятся местные жители?“
Иван Иваныч: „Хорошо относятся. Главное, Лариса, обходите стороной острые углы. Мы с вами будем работать с кабильскими стажёрами. Это народ вспыльчивый, но отходчивый“.
Лариса: „А почему вы решили, что мы будем работать вместе?“
Иван Иваныч: „А разве это не решённый вопрос? Я замолвил за вас словечко. Будете служить переводчицей в телевизионной секции. В Алжире телевизионный мастер – очень уважаемая и высокооплачиваемая профессия. Ко мне приезжают издалека с просьбой починить аппаратуру“.
Лариса: „И что – хорошо платят?“
Иван Иваныч: „Я не беру с них денег!“
Лариса: „Вы, я вижу, бессребреник. А в каком городе мы будем работать?“
Иван Иваныч: „В Сиди – Аише. Там есть так называемый Центр обучения. Наша специальность – самая уважаемая. Стажёры – самые грамотные и взрослые“.
Лариса: „Красивый город?“
Иван Иваныч: „Обыкновенный город… недурной наружности. Есть эти… как их… бутики, рынок, мечеть – всё как полагается. Но мы будем жить в нашем Центре. За ворота лучше пореже выходить“.
Лариса: „Это ещё почему?“
Иван Иваныч: „Рискованно. Африканцы – народ диковатый. Но вы не бойтесь. Слушайте меня – и всё будет хорошо. Мы там хорошо живём“.
Лариса: „А как вы питаетесь?“
Иван Иваныч: „Я бы сказал: с пользой для организма. Запоминайте: апельсины очень дешёвые. Мясо – дороговатое, и яйца – тоже. Что греха таить: приходится экономить. Хочу купить машину. Лично я ем в семье. Но в Центре есть хорошая и доступная столовая. Можете взять её на заметку“.
В поисках поддержки Иван Иваныч вперил свой васильковый взор в жену Зою Львовну и сына Алёшу. Жена и сын, в качестве живых свидетелей, подтвердили его правоту. Они эскортировали Иван Иваныча, всегда готовые прийти ему на помощь.
Устав от обилия впечатлений, Лариса шла отдохнуть в спальное помещение. Оно, как правило, оживало только после полуночи. Неподалёку возвышалось роскошное пробковое дерево. Лариса узнала его без подсказок, хотя в натуре лицезрела впервые в жизни. Кто – то умудрился его раскурочить – и девушка очарованно всматривалась в образовавшееся отверстие, заполненное невероятным количеством бутылочных пробок. Пощипав приятную на ощупь пробку, Лариса ленивой от жары походкой шествовала в глухое помещение и располагалась на скрипучей кровати поверх казённого одеяла. Подушка у неё была собственная. Кто – то из алжирских завсегдатаев рекомендовал ей захватить домашнюю подушку, так как изнеженные европейские затылки приходят в негодность от жёстких алжирских валиков. Строго говоря, перевалочный пункт, хотя и находился в Алжире, к алжирской жизни не имел никакого отношения. Здесь всё, кроме природы, было узнаваемое, своё, русское, вернее – советское.
Додумать Лариса не успела, потому что в комнату ввалились развесёлые Света и Лена. Света, как всегда, была безупречно одета и накрашена, а Лена, как всегда, удерживала на голове смехотворную пляжную шляпу.
„Мадмуазель Лариса, – ещё больше развеселилась Света, – вам никто не говорил, что вы весьма сексуальны в этой позе?“
" В отличие от вас, мадам, я не замужем и не знаю, что это такое".
"Умереть и не встать: эта пигалица, – Света ласково обняла Ленины плечи, – замужняя дама".
"Да ну? – Лариса неприкрыто удивилась. – Кстати, у вас, у замужних дам, что – так принято: вставать чуть свет и будить невинных девушек?"
"Извини, ради бога, – Света посерьёзнела. – Привычка – вторая натура. Муж просыпается рано, а я – ещё раньше, чтобы скрыть от него бигуди".
Лариса вонзила в Свету оценивающий взгляд:
"У вас в Куйбышеве все замужние дамы такие… образцовые?"
"И невинные девушки – тоже. К нам приезжают женихи со всего Советского Союза".
"Слушайте, что я выяснила! – крикнула Лена из – под соломенной шляпы. – Мне сказали по секрету, что все арабы – сексуально озабочены и очень опасны для европейских женщин. С сегодняшнего дня обхожусь без косметики".
"Я, пожалуй, тоже", – прикинула Лариса.
"А я никак не могу, – разгорячилась Света. – У меня под глазами страшенные синяки. Без косметики буду выглядеть, как огородное пугало".
Раздался громкий и уверенный стук в дверь. Не дожидаясь разрешения, в комнату решительным шагом вошёл молодой, но очень представительный мужчина.
"Вы позволите, девушки? – мужчина не забыл про вежливость. – Кого я вижу! Светочка! Мой персональный привет. Вы хорошеете не по дням, а по часам".
"Желаете побыть наедине?" – двусмысленно спросила Лариса.
"Ну что вы, можете остаться", – не заметил подтекста мужчина.
"Присаживайтесь, Сергей Юрьевич", – приятно улыбнулась Света.
Лариса церемонно отвернулась от Сергея Юрьевича, а Лена, фыркнув, заспешила на улицу, натянув до ушей умопомрачительную шляпу.
Лариса прикрыла глаза веками, но уши оставила открытыми.
"Куда рассчитываете распределиться?" – проникновенно спросил Сергей Юрьевич.
"Пока неизвестно. Но я надеюсь на вашу помощь", – сделала глазки Светлана.
Ларисой овладел непреоборимый стыд. Она импульсивно бросилась вон – подальше от зазорной парочки. Побежала попить чайку – и напоролась на Иван Иваныча.
3
Сиди – Аиш встретил девушку пышным букетом североафриканской природы. Тонкие запахи били в нос, пьянили, завораживали. До испепеляющей жары ещё было время, и у зелени пока хватало сил для сопротивления всепожирающему солнцу. Насладившись картиной природы, Лариса коснулась тяжёлой головой пухлой подушки – и провалилась в безбрежный, сумеречный сон. Она блуждала в потёмках всю ночь и половину следующего дня, не видя выхода из положения. Помог барабанный стук в дверь. Девушка прозрела и крикнула: «Входите!»
Перед ней предстал лучезарный Иван Иваныч во главе неизменных родственников. Лариса отметила в уме смену его облика. В комнате находился не взрослый мужчина, а взрослый мальчишка со стеклянной банкой в руках. В банке бились белые насекомые, очень похожие на скорпиончиков. "Как у вас вкусно пахнет", – потянул носом Иван Иваныч.
Лариса вспомнила, что перед сном она облила себя духами, чтобы перебить запах пота, который нечем было смыть на перевалочном пункте. От самого Иван Иваныча разило новообретённой чистотой, льняные волосы были зачёсаны назад – до самого затылка, васильковые глаза будили воображение бездонной глубиной, напоминая о необъятных российских просторах.
"Это французские духи", – неохотно пояснила Лариса. "От девушки должен исходить натуральный запах", – вступила в разговор Зоя Львовна. Лариса собралась посмеяться потихоньку, но передумала – и расхохоталась на весь Сиди – Аиш. Она давно знала, что смех у неё мелодичный, переливчатый и очень нравится мужчинам. Иван Иваныч не спускал с девушки масляных глаз. "Пойдём скорее готовиться", – не вытерпела Зоя Львовна. Но Иван Иваныч не послушал супругу и долго ждал, когда Лариса отсмеётся. "Какая у меня переводчица", – возрадовался преподаватель. Девушку покоробило, но ей удалось промолчать. "Я зачем пришёл, – Иван Иваныч выставил напоказ банку с насекомыми. – Я сегодня наловил скорпионов, смотрите, изучайте, только руками не трогайте. Если попадутся в горах или ещё где – нибудь, обходите стороной. Очень опасная тварь".
Ларисе стало жутко интересно. Она вознамерилась побежать к скорпиончикам, но быстро уразумела, что находится в чужой стране, в чужой квартире и в чужой кровати в прозрачной ночной рубашке – напротив чужого мужчины. Прикрывшись простынёй, девушка попросила мужчину выйти из комнаты – вместе с семьёй и со скорпиончиками.
"Сию секунду, – попятился Иван Иваныч. – Да, чуть не забыл. Шеф миссии созывает всех к шести часам. (Васильковые глаза Иван Иваныча стали серыми.) У вас в запасе целых два часа. Успеете принять душ и принарядиться". Предупредив переводчицу, Иван Иваныч ещё с минуту переминался с ноги на ногу, после чего пулей вылетел из Ларисиной комнаты, влекомый Зоей Львовной и Алёшей.
Оставшись наедине со своими мыслями, Лариса присмотрелась и прислушалась. Комната была крохотной, с минимальным количеством мебели, голыми стенами и кафельным полом. "Надо занавесить окно и чем – нибудь украсить стены, – первым долгом наметила девушка. – Кафельный пол, наверное, призван спасти меня от летней жары. А зимой? Что я буду делать зимой? Придётся его чем – нибудь прикрыть". Она кое – как оделась и пошла на звуки человеческого голоса. Высунувшись в окно, Лариса увидела худого красивого мальчика и красивую худую женщину – они разговаривали на мудрёном языке. Большинство слов, бесспорно, были французские, причём правильно произнесённые и употреблённые; вместе с тем речь пестрила множеством непонятных звуков, далёких от французского языка.
"Хотелось бы знать, как я буду это переводить", – заволновалась девушка. Она напрягла все чувства – и расслышала слово «ара» в устах кабильского подростка. Переводчица полностью запуталась, так как, по её сведениям, это слово являлось принадлежностью армянской нации. "Лучше не засорять голову всяким мусором", – решила Лариса и, как на праздник, отправилась в ванную комнату принимать прохладительный душ. Ванная оказалась европейски цивилизованной; да и вся квартира мало отличалась от типичной московской новостройки. Она состояла из трёх разновеликих комнат, раздельного санузла, довольно просторной кухни и такой же прихожей. Только на кухне Лариса сообразила, что за день успела проголодаться. В холодильнике лежали какие – то продукты, но она не осмелилась ими воспользоваться. Девушка разложила на кухонном столе еду, которую унесла из перевалочного пункта. За этим занятием её застала Зоя Львовна.
"Приятного тебе аппетита, Лариса. Это ничего, что я на ты?" "Спасибо. Ничего страшного". "Ты можешь поставить чайник.

Африканский роман - Соколова Марина Дмитриевна => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Африканский роман автора Соколова Марина Дмитриевна дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Африканский роман у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Африканский роман своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Соколова Марина Дмитриевна - Африканский роман.
Если после завершения чтения книги Африканский роман вы захотите почитать и другие книги Соколова Марина Дмитриевна, тогда зайдите на страницу писателя Соколова Марина Дмитриевна - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Африканский роман, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Соколова Марина Дмитриевна, написавшего книгу Африканский роман, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Африканский роман; Соколова Марина Дмитриевна, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 Полное Собрание Сочинений С Критикой